Гуанчжоу: путь от ненависти до любви, что лежал через желудок.

Гуанчжоу: путь от ненависти до любви, что лежал через желудок.

До того как состоялась первая поездка в Китай, мой космополитизм распространялся по большей части на страны Европы, экзотические курорты и космические мегаполисы вроде Токио и Гонконга. Предрассудков, связанных с другими странами, было куда больше, чем следует.

О Гуанчжоу я знала лишь то, что это третий по значимости город после Пекина и Шанхая — промышленный центр с ужасающей архитектурой, тысячами страшенных безликих многоэтажек под вечно серым от смога небом. Ещё я знала о том, что здесь находится несметное количество фабрик, где крупнейшие мировые модные бренды размещают внушительную часть своего производства, в результате чего город превратился в гигантскую промышленную деревню с населением свыше 18 миллионов человек. И наконец я знала, что символом города является нелепая скульптурная композиция, изображающая пять козлов, которые жуют колоски. Один мой закадычный приятель даже попросил привезти ему футболку с принтом, изображающим это торжество абсурда.

Крис Кирик
Посмотрели статью 359
7 минут чтения
Поделитесь с друзьями Поделиться Поделиться

Я пересекла китайскую границу с чётким намерением выполнить свою работу и поскорее вернуться. И в тот момент нично не предвещало, что эта поездка станет началом долгих и сложных взаимоотношений, которые начнутся с ненависти, граничащей с отвращением, а закончатся самой настоящей влюблённостью в этот город…

В первые дни меня ни на секунду не покидало желание послать всё куда подальше и покинуть это жуткое местечко. Эффект негативного культурного шока сильно приумножил языковой барьер — здесь никто не говорил ни на одном из трёх языков, которые я знала.

Если в Гонконге английский знают все, то здесь с этим big problem. Даже гостиничный персонал способен разве, что на фразу: «Hey, lady!»

Этим, кстати, отличаются почти все китайские города — без переводчика даже в туалет не сходишь, не говоря уже о ресторане. К слову, переводчик-то у меня был, причём, личный и в круглосуточном режиме  — его обеспечила компания, на которую я работала. Но поначалу этот факт меня не радовал. Я привыкла быть самостоятельной, а вместо этого ощущала себя белой женщиной времён колонизации, которая и шагу не может ступить без помощи слуги. Впрочем, в скором времени мне всё это очень даже понравилось!

В первое же утро мы пошли завтракать в традиционный ресторан. И это был самый настоящий ад. Огромное помещение, рассчитанное на сотню столов, за каждым человек по шесть, при этом все разговаривали в голос, я бы даже сказала — орали. А ещё все они громко чавкали, рыгали и выплёвывали остатки еды прямо на скатерть и постоянно разливали чай. Официанты тоже этим грешили, проливая чай и воду не только на стол, но и на себя и гостей. Оказывается, всё это считается нормой для китайских застолий. Но на тот момент я не смогла притронуться ни к одному из блюд. Более того, я зареклась от посещения местных заведений и твёрдо решила, что буду покупать продукты только в мини-маркете «7 eleven» и вообще не стану выходить за территорию европейского комплекса, в котором живу и работаю. Но не зря мудрые люди говорят: «не зарекайся!» И, удивительное дело: путь города Гуанчжоу к моему сердцу лежал именно через желудок!

Не прошло и трёх дней, как «завоевание» Китая начало доставлять мне истинное удовольствие! Шок и отторжение уступили место жадности заядлого путешественника, который хочет открыть как можно больше нового и неизведанного.

Гуанчжоу (ранее известный как Кантон) — многоликий город Поднебесной с более чем 2000-летней историей. Ещё много веков назад здесь начинался морской Шёлковый путь. Старинное предание гласит, что некогда на этом месте была маленькая деревенька, жители которой умирали от голода. Чтобы их спасти, с неба спустились пять богов, сидящих на пяти козлах, и у каждого животного во рту было по пять рисовых колосьев. Именно этими колосьями жители не только утолили голод, но и засеяли свои поля, что спасло их от гибели и привело к процветанию.

Древняя китайская поговорка гласит: «Кантонцы едят всё, что имеет ножки, кроме мебели. Всё, что имеет крылья, кроме самолётов. И любое животное, чья спина повёрнута к небу». О! Да! Трудолюбивые и стройные китайцы — страшные обжоры.

В Гуанчжоу приём пищи возведён в культ. Культ чревоугодия! Ни в одном другом городе мира люди не едят в ресторанах так часто, как здесь. При этом цены даже в лучших заведениях, как в московском McDonald’s. Кантонские повара берут для своих блюд ингредиенты «с неба, с земли и из воды». Многие блюда готовятся на пару с очень аккуратным применением специй, дабы подчеркнуть оригинальный вкус продуктов. Такой подход сильно отличается от северной кухни Китая, для которой характерны острота пищи и своеобразный способ приготовления, когда первоначальный вид и вкус продукта изменяется до неузнаваемости, и уже сложно понять: ешь ты птицу, рыбу или мясо.

Свежесть – это ещё один фетиш местной кухни. Вся рыба и животные должны быть живыми перед приготовлением, для чего и предназначены аквариумы и клетки, расположенные прямо в ресторанах.

Более того, гость может самостоятельно выбрать свой будущий обед, указав на него официанту.

Последние статистические данные говорят о том, что в Гуанчжоу насчитывается более 20 тысяч ресторанов. Думаю, что за время, проведённое в Кантоне, я посетила как минимум половину местных трапезных — здешняя еда настолько многообразна и вкусна, что процесс хождения по ресторанам превращается в наркотическую зависимость.

Для южно-китайских ресторанов характерны большие круглые столы с крутящимся диском посередине. Тарелки и приборы находятся по периметру, а заказанные блюда в центре — на вращающейся части. Таким образом гости могут легко дотянуться до каждого из блюд, поворачивая центр стола к себе. Размер же самих блюд чрезвычайно огромен. Здесь почти не принято заказывать индивидуальные порции. Обычная трапеза состоит из 5-10 блюд, которые ставятся в центр стола.

Немало позабавил меня тот факт, что даже в статусных и очень дорогих ресторанах нет унитазов. Туалеты представляют собой отверстия в полу со сливом — как на самых жутких московских вокзалах.

Ещё одна крайне распространённая вещь — это небольшие комнатки-кабинеты, предназначенные для компаний, желающих уединиться. Все эти комнатушки обладают очень качественной звукоизоляцией, так как приспособлены для пения караоке — излюбленного времяпрепровождения местных.

99% китайцев убеждены, что караоке — самый увлекательный вид вечернего досуга. Поесть, а потом ещё часок-полтора попеть дурным голосом — для них самое то.

Со стороны это выглядит просто кошмарно — пережить такое можно лишь, отнесясь к происходящему с юмором. Меня поразило, что в списке их любимых саундтреков фигурирует наша «Катюша». Да, да, она самая, но только на китайском!

Встречаются здесь и рестораны северной кухни со «столами-самоварами» — так назвал их наш переводчик. В центре — углубление для железного чана, разделённого на две части — в одной кипит очень острый бульон, в другой — невыносимо жгучее зелье «вырви глаз». С помощью металлических шпажек туда макают карпаччо из мяса и рыбы, а также кусочки овощей. Пара секунд — и всё готово.

В первые дни постижения местного колорита действительно сложно обходиться без переводчика или гида. И если его нет, то следует выбирать рестораны, где имеется меню с картинками, или же возможность указать пальцем на готовое блюдо. В противном случае велика вероятность пасть голодной смертью! Впрочем, после недельного пребывания, осваиваешься и ко всему привыкаешь. Начинаешь изъясняться с помощью пантомимы и жестов, и что самое главное — тебя понимают! Иногда.

А теперь стоит упомянуть несколько блюд кантонской кухни, ради которых можно смириться с сотней-другой рыгающих и чавкающих китайцев, что сидят за соседними столиками.

Верх кулинарии — это кантонские супы, приготовленные из разнообразных трав, корней и экзотических сушёных тварей, что применяются в китайской медицине.

Под номером один — суп из акульих плавников. По местным меркам стоит целое состояние, зато, со слов коренных жителей, продлевает жизнь. Говорят, что это блюдо улучшает всё — от половой потенции до качества кожи, защищает сердце и предотвращает рак. Однако, это не подтверждается никакими научными фактами. Старинный рецепт супа восходит к периоду правления династии Минг, и его до сих пор называют «императорским».

Номер два — «гуйлингао», что в переводе означает «черепаший пудинг» — древнее китайское целительное блюдо. Его легко узнать — это блестящее желе тёмного, почти чёрного цвета.  Чтобы приготовить настоящий «гуйлингао», нужно в течение нескольких часов варить панцирь черепахи вместе со специальными травами. Блюдо довольно своеобразно на вкус, но жители Гуанчжоу считают: чем сильнее горчит желе, тем оно полезней.

Главной же моей любовью стали «дим самы» — маленькие закуски из рисовой муки с начинкой, приготовленные на пару. Кантонские «дим самы» считаются самыми лучшими во всём Китае. Это неотъемлемая составляющая завтрака в Гуанчжоу, как и чай-хризантема, напоминающий нашу ромашку. В некоторых больших ресторанах готовят более 1000 видов «дим самов». Самые популярные — с креветками, мясом и сладко-фруктовые.

Следующий пункт моего гастрономического списка — «вонтон» — разновидность китайских пельмешек, которые часто готовят с лапшой. Опять же, отличный вариант для завтрака.

В продолжение утренней темы — роллы «чанфэн» — свёртки из мучной лепёшки, куда добавляют самые разные начинки: свинину, говядину, курицу, рыбу, зелень… Такие роллы можно найти в чайных домиках и на ночных рынках.

При упоминании уличных закусок, сразу приходят в голову «морские шашлычки» на Пекинской улице. Beijing Lu — пешеходная зона в центре города, отдалённо напоминающая московский Арбат. Многочисленные морские гады, приготовленные на шпажках на открытом огне или гриле — то, ради чего стоит сюда забежать.

Ещё одной местной знаменитостью является копчёная утка, которая (в отличие от утки по-пекински) подаётся со сладким сливовым соусом. Она встречается как в шикарных ресторанах, так и в самых дешёвых уличных забегаловках, что так похожи на наши палатки с «шаурмой».

Кантонским гурманам обычно не хватает трёхразового питания, поэтому здесь широко распространён обычай пить чай и закусывать ночью. Когда основные рестораны закрываются, на улицах открываются ночные закусочные, где можно совершить «yexiao» (есяо) — лёгкий поздний ужин перед сном. В таких закусочных подают барбекю, дим самы и множество других блюд.

Также жители Гуанчжоу любят чаепития, особенно по утрам, поэтому все чайные домики, как правило, заполнены до 11 утра. Чайная церемония кунфу-ча также популярна, но требует больше времени и соответствующего настроя.

В качестве апофеоза хочу рассказать о местных ночных клубах. Как-то мы с коллегой из Москвы решили погрузиться в ночную жизнь города и посетили 5 или 6 клубов за ночь… Это было несложно, ведь в Гуанчжоу почти все стратегические пункты распределены по кварталам: квартал рынков, квартал фабрик, квартал клубов… Переводчик посоветовал нам «крутое» (с его слов) тусовочное место с дурацким названием «BabyFace». Сам он с нами не пошёл, ссылаясь на работу и ранний подъём. Сказал, что там полно европейцев, отличная музыка, и пообещал, что нам точно понравится. Несложно предположить, что мы оказались единственными обладателями белой кожи, из-за чего на нас пялились так, словно мы с другой планеты.

Остаётся одно — предаваться чревоугодию, благо, двадцати тысяч ресторанов для этих целей более чем достаточно!

Тэги: Гуанчжоу, Китай, путеводитель
Посмотрели статью 359
7 минут чтения
Поделитесь с друзьями Поделиться Поделиться